Минут пять я пыталась понять, кто же имеется в виду, и вдруг догадалась. Консоме! Так называют прозрачный бульон, который, как правило, подают с пирожком. Но уже через секунду я изумилась: бульон из костей консоме? Так не бывает, звучит, как «масло из костей масла».
Решив, что суп мне тоже ни к чему, я плавно перешла ко вторым блюдам. «Живой, свежий лосось из Норвегии, приехавший своим ходом под соусом майонез собственного приготовления». Рыбу подадут сырой? Живой? Как она могла приехать своим ходом? На худой конец лосось мог приплыть. Отсутствие знаков препинания придавало тексту еще большую загадочность. Лосось двигался из Осло, облитый провансалем, который взбил собственными плавниками?
Я поежилась и увидела еще одно название: «Пицца четыре сезона». Ну и ну! Никакого подвоха? Просто лепешка со вкусной начинкой? Без сруколы и майонеза, взболтанного лососем?
Я открыла дверь и закричала:
– Федор!
В ответ не раздалось ни звука.
Я добавила децибел:
– Федя!!
И снова полнейшая тишина.
Пришлось опять идти в холл. Портье, надев наушники, с восторгом пялился на экран телевизора, где мужчины в трусах и майках вяло пинали мяч.
– Федор!!! – заорала я. – Ау!!!
Администратор вздрогнул, сдернул с головы «уши», быстро сунул их под стойку и величаво произнес:
– Гуд бай! Йестердей… э… раша итс бьютифулл для… э…
– Пицца «Четыре сезона», – отчеканила я. – Когда она приготовится?
– Завтра. Пекут ее в особой печи, – застрекотал Федор, – используют биоовощи и колбасу органического происхождения.
– Завтра? – изумленно повторила я, не обратив внимания на прочие несуразности. – Но мне хочется подкрепиться сегодня.
Администратор сделал любимый жест Наполеона – положил одну руку за борт пиджака и прощебетал:
– Любой ресторанный заказ нужно готовить минимум несколько часов. Желаете на завтрак пиццу? Подадут свежайшую.
– Хорошо, – кивнула я, – съем «Четыре сезона» утром. И выпью кофе.
– Напитки оформляют незадолго до разлива, – пояснил Федя. – Проснетесь и скажете, чего хотите. У нас есть все для вашего наилучшего удобства.
– Пойду приму душ, – вздохнула я.
– Легкого вам пара и мягкой мочалки, – пожелал портье. – В ванной найдете специально изготовленное для президентского номера зеленое мыло. Непременно попробуйте, оно дарит истинное наслаждение телу и будит в голове мысли о прекрасном.
– Очевидно, им мылся норвежский лосось, добираясь до Москвы, – пробормотала я.
– Простите, не понял, – встрепенулся Федор.
– Ерунда, – отмахнулась я, вернулась в номер, пошла в ванную и включила воду.
Разрекламированное дежурным мыло оказалось небольшим брусочком прямоугольной формы. Я содрала обертку, потом осторожно понюхала кусок цвета хаки. Нос уловил знакомый запах, точь-в-точь как тот, что исходит от банки с только что открытыми оливками. Похоже, мыло действительно сварили вручную.
Я села в ванну и старательно повозила брусочком по желтой мочалке. Обильной пены не получилось. Последний факт окончательно убедил меня в натуральности продукта. Я хорошо знаю, что мыло, произведенное без применения красителей и синтетических отдушек, почти не дает шапки из мелких пузырьков. Давно известно: чем красивее и обильнее пена, тем больше химии добавили в мыло. Одна из моих подруг, Леся Ревина, давно увлекается изготовлением всяческих средств для бани. На каждый праздник Леська непременно дарит мне собственноручно сделанный набор. Ну, допустим, скраб из крупной соли с медом, ромашковый шампунь и мыло из кофе. Да, да, можно соорудить и такое, оно пахнет арабикой и придает коже чуть смугловатый оттенок. Леськина продукция упакована в простенькие баночки, подчас в качестве тары Ревина использует бутылки из-под кефира. Никаких золотых крышек, флаконов причудливой формы и пластиковых лопаточек для нанесения смеси. Но о скромности упаковки забываешь после первого использования Леськиных средств. Гладили когда-нибудь животик трехмесячного щенка? Пользуйтесь молочком от Леси и обретете такую же кожу. Похоже, в Беркутове живет местная Ревина. Не удивлюсь, если узнаю, что оливки для мыла она выращивает в оранжерее на своем огороде.