Нервы Эттила не выдержали.
– Ради всего святого! – вдруг закричал он. – Скорее по ракетам – и домой! Эти ужасные твари нас погубят! Вы на них только посмотрите! Видите, видите? Эти женщины в стылых пещерах, в искусственных скалах – злобные подводные чудища!
– Молчать!
«Только посмотрите на них, – думал Эттил. – Ноги как колонны, и платья над ними шевелятся, будто холодные зеленые жабры».
Он снова закричал.
– Эй, кто-нибудь, заткните ему глотку!
– Они накинутся на нас, забросают коробками шоколада и модными журналами, их жирно намазанные, ярко-красные рты оглушат нас визгом! Они затопят нас потоками пошлости, все наши чувства притупятся и заглохнут. Смотрите, их терзают непонятные электрические машины, а они что-то жужжат, и напевают, и бормочут! Неужели вы осмелитесь войти к ним в пещеры?
– А почему бы и нет? – раздались голоса.
– Да они изжарят вас, потравят, как кислотой, вы сами себя не узнаете! Вас раздавят, сотрут в порошок, каждый обратится в мужа – и только, в существо, которое работает и приносит домой деньги, чтоб они могли тут сидеть и пожирать свой мерзкий шоколад. Неужели вы надеетесь их обуздать?
– Конечно, черт побери!
Издалека долетел голос – высокий, пронзительный женский голос:
– Поглядите на того, посередке, – правда, красавчик?
– А марсиане, в общем-то, ничего. Право слово, мужчины как мужчины, – томно протянул другой голос.
– Эй вы! Ау! Марсиане! Э-эй!
Эттил с воплем кинулся бежать…
Он сидел в парке, его трясло. Он перебирал в памяти все, что видел. Поднимал глаза к темному ночному небу – как далеко он от дома, как одинок и заброшен! Даже и сейчас, сидя в тишине под деревьями, он издали видел: марсианские воины ходят по улицам с земными женщинами, скрываются в маленьких храмах развлечений – там, в призрачном полумраке, они следят за белыми видениями, скользящими по серым экранам, и прислушиваются к странным и страшным звукам, а рядом сидят маленькие женщины в кудряшках и жуют вязкие комки резины, а под ногами валяются еще комки, уже окаменевшие, и на них навеки остались отпечатки острых женских зубов. Пещера ветров – кинематограф.
– Привет!
Он в ужасе вскинул голову.
Рядом на скамью опустилась женщина, она лениво жевала резинку.
– Не убегай, – сказала она. – Я не кусаюсь.
– Ох! – вырвалось у Эттила.
– Сходим в кино? – предложила женщина.
– Нет.
– Да ну, пойдем, – сказала она. – Все пошли.
– Нет, – повторил Эттил. – Разве вам тут, на Земле, больше нечего делать?
– А чего тебе еще? – Она подозрительно его оглядела, голубые глаза округлились. – Что же мне, по-твоему, сидеть дома носом в книжку? Ха-ха! Выдумает тоже!
Эттил изумленно смотрел на нее, спросил не сразу:
– А все-таки чем вы еще занимаетесь?
– Катаемся в автомобилях. У тебя автомобиль есть? Непременно заведи себе новый большой «подлер-шесть» с откидным верхом. Шикарная машина! Уж будь уверен, у кого есть «подлер-шесть», тот любую девчонку подцепит! – И она подмигнула Эттилу. – У тебя-то денег куча, раз ты с Марса, это уж точно. Была бы охота, можешь завести себе «подлер-шесть» – и кати куда вздумается, это уж точно.